Тревоги военной поры. Октябрь 1941
13.02.2025
Категории: Публикации
Тревоги военной поры: Москва в октябре 1941 года
Значительная часть моей жизни пришлась на работу в Московском комитете партии и Московском Совете. В данном случае я говорю лишь об отдельных, наиболее запомнившихся эпизодах того военного времени, когда народ и советские войска нанесли сокрушительный удар по противнику, вторгнувшемуся в пределы Подмосковья.
5 октября 1941: Тревожный звонок из Юхнова
Рано утром 5 октября мы сидели в кабинете первого секретаря МК и МГК и секретаря ЦК ВКП(б) А.С. Щербакова и рассматривали завершение строительства Можайской линии обороны. Входит его помощник и говорит:
«Александр Сергеевич, Вас срочно по важному делу требует из Юхнова работник политотдела Западного фронта». Тот доложил, что неподалеку от города натолкнулся на большую колонну немецких танков, а наших войск нигде в этом районе он не видел.
Щербаков позвонил Молотову. Молотов спрашивает: «А это не провокация?» Только после проверки решили разбудить Сталина. А он тот же вопрос задает: «А это не провокация?»
📊 Реакция Ставки (5 октября 1941)
Погода стояла отвратительная: туман, дождь. Летчики доложили: «Мы облетели колонну, она растянулась на несколько километров. Видимо, это танковый корпус». Сталин приказал всю авиацию Московской зоны ПВО бросить на бомбежку. По боевой тревоге были подняты все военные училища и академии. В первую очередь в район Юхнова были переброшены Подольское артиллерийское и Подольское пехотное училища.
Строительство 3-й линии обороны
12 октября состоялось решение ГКО, возложившее строительство 3-й линии обороны на Московский Совет. Мы вместе с Московским комитетом партии обратились с призывом к населению. В считанные дни на строительство обороны вышло более 100 тысяч москвичей, главным образом женщины.
📊 Построено к 25 ноября 1941
Минировались все подходы к окраинам Москвы, как впрочем, и шоссейные дороги. Команду о взрыве должен был отдать Берия. Это ему поручили.
Решение ГКО: оборонять Москву
16 и 17 октября Сталин советовался с Жуковым: можем ли отстоять Москву? Жуков попросил для этого ещё две армии. Тогда, видимо, у Сталина возникла уверенность в том, что Москву можно отстоять.
— В.П. Пронин«А надо сказать, что единомыслия в ГКО о защите Москвы не было, противником защиты Москвы был Берия, который, правда, вслух эту идею не высказывал. Вот Сталин и собрал Государственный Комитет Обороны, организовал поименное голосование.»
Когда я сидел на этом совещании, то сразу вспомнил совет в Филях Кутузова в 1812 году. Разница, правда, в том, что Сталин опрашивал всех, начав не с младших, а со старших — и по званию, и по возрасту.
Помощь фронту: автомобили и танки
В конце октября мне звонит Жуков и говорит: «Положение у нас очень тяжелое. Войск еще не хватает... Но у нас нет автомобилей. Не можете ли помочь?»
Я пообещал, и мы в течение двух дней собрали в Москве 2 тысячи грузовых автомобилей. На авторемонтных заводах (у нас их было девять), быстро привели их в надлежащий вид и передали Западному фронту.
💡 Интересный факт: По поручению Жукова ко мне обратился Н.А. Булганин: «У Вас, говорят, есть трест по передвижке зданий. Не может ли он помочь нам вытаскивать застрявшие танки из болот и водоемов?»
За время обороны Москвы для Западного фронта было вытащено около тысячи застрявших, подбитых, утонувших в болотах и реках танков.