«Рус, капут!»

В начале декабря 1943 года наши полки принимали оборону у кавалерийского корпуса генерала Белова. Зима тогда еще только вступала в свои права. Легкие морозы едва схватывали землю, Десна и другие реки еще не везде покрылись прочным льдом.

В ночь на 5 декабря мы минировали подступы к селу Ставище. Именно здесь противник сосредоточил крупную группировку танковых и механизированных частей, в том числе эсэсовских. На рассвете, после мощной артиллерийской подготовки, лавина танков, самоходок, бронетранспортеров с пехотой и автоматчиками на броне ринулась на нашу оборону.

Удар был сокрушительным. Несмотря на все усилия, несмотря на заранее подготовленные минные поля и сопротивление частей дивизии, враг прорвал оборону. Началось отступление.

Двое суток у саперов не было ни минуты покоя: нас бросали с одного участка на другой, требовали немедленно ставить новые мины, минировать дороги, прикрывать отход полков. Я сам руководил этими работами, почти не отдыхая.

В ночь на 7 декабря мы, донельзя уставшие, дремали в крытом кузове полуторки, которая везла нас к штабу. Вокруг стояла густая тьма. На западе и севере небо озаряли зарева пожаров, вспыхивали сигнальные и осветительные ракеты.

Шофер вел машину осторожно, редко включая фары. И вдруг брезент кузова и деревянные борта прошили трассирующие очереди. Машина влетела прямо в немецкую танковую колонну.

Только мне одному удалось остаться в живых. Я сидел у заднего борта, и тела товарищей заслонили меня от первых пуль. Выпрыгнув из машины, я почувствовал удар в левое бедро. Попытался вырваться, но был схвачен. Так я попал в плен.

Меня втолкнули на броню одного из немецких танков. Сидя рядом с автоматчиком, я смотрел, как горят дома, как немецкая пехота движется вперед, как наши орудия бьют по этой колонне. В голове крутилась одна мысль: как бы уйти.

Когда колонна остановилась, меня столкнули на землю. Кровь пропитывала одежду. Кто-то из немцев ткнул пальцем в пятно на броне и хохоча произнес: «Рус, капут!» — мол, все, русскому конец.

Но я был жив. Меня привели в маленькую хату, где уже сидели другие пленные. В темноте мы переговаривались, спрашивали друг друга, кто откуда и как попал сюда. Среди нас оказался мальчишка лет тринадцати — гвардии рядовой Газиз Шарипов, который убежал на фронт, был в разведке и попал к немцам.

На рассвете нас вывели и построили у стены. Перед нами готовили пулеметы. Все было ясно: хотели расстрелять. Мы стояли молча, каждый думал о своем. Я ощущал рядом худенькое плечо Газиза и только успел шепнуть ему: «Держись».

Но в этот момент со стороны села раздалось русское «ура». Наши пошли в атаку. Началась суматоха. Расстрел сорвался. Газиза вместе с другими пленными погнали в одну сторону, меня — отдельно.

С этого момента начался мой путь по немецким тылам — путь плена, из которого я все равно надеялся выбраться.

Меня допрашивали. Спрашивали о частях, переправах, мостах, дорогах, о расположении наших подразделений. Я отвечал уклончиво или вовсе молчал. На одном из допросов мне пришлось спорить с немецкими офицерами, заявившими, будто Германия лишь защищалась от Советского Союза. Я сказал им то, во что верил: русские все равно будут в Берлине.

Сначала меня держали в маленьких хатах под охраной, потом повезли дальше — в сторону Винницы. Именно тогда я впервые увидел, как начинается совсем другая война: без фронта, без окопов, но с той же постоянной угрозой смерти.

Навигация по книге

← Предыдущая глава
← Перейти к оглавлению
Следующая глава: «В немецком раю» →

Оглавление

1. Глава 1. Линия жизни начальной
2. Глава 2. Как гром среди ясного неба
3. Глава 3. Вот она — война!
4. Глава 4. Новая должность со старыми заботами
5. Глава 5. «Будешь танцевать!»
6. Глава 6. «Больной зуб»
7. Глава 7. У нас был свой маневр
8. Глава 8. Родина салютовала нам
9. Глава 9. Памятная переправа
10. Глава 10. «Рус, капут!»
11. Глава 11. В немецком «раю»
12. Глава 12. «Будьте беспечны!»
13. Глава 13. Перемена декораций
14. Глава 14. Из огня да в полымя
15. Глава 15. Что написать отцу?
16. Глава 16. Девятое мая